институте, восполняющем личные недостатки монарха, воплощающем его универсализм и устрашающем нарушителей. Экономические взгляды конфуцианцев определены прежде всего теорией мироустроения, а легистов — прежде всего идеей универсализма, проявляющегося в установлении экономических стандартов, редистрибуции и «уравнивании» имуществ.
Следовательно, выявленные нами различия между взглядами конфуцианцев и легистов в «Янь те лунь» выводятся из одного ядра — основного различия между их представлениями о государе и народе, об отношении государя к народу, его воздействии на народ.
* * *
Значение «Янь те лунь» и как источника различных сведений об эпохе Хань, и как единственного дошедшего до нас крупного памятника древнекитайского спора определяет целесообразность многостороннего изучения этого текста и его полного комментированного перевода. До сих пор он был переведен полностью (но с краткими примечаниями) только на японский (Сато Такэтоси [151], 1970), частично на английский (Э. М. Гэйл и другие, 1931, 1934) и французский (Д. Бодри-Велюрс и другие, 1978) и меньше всего на русский (В. М. Штейн, 1959)[466]. Поэтому полный обстоятельно прокомментированный перевод «Янь те лунь» на один из европейских языков является давно назревшей потребностью мирового китаеведения. Мы завершили работу по полному переводу памятника на русский язык и его подробному комментированию в 1983 г., но лишь небольшая часть ее была издана[467].
В основу перевода положен критический текст памятника, сверенный, отредактированный и откомментированный Ван Ли-ци в 1958 г.[468]; по мере необходимости привлекались и текст издания 1983 г., дополненного и исправленного Ван Ли-ци[469], и некоторые другие современные издания трактата, и посвященные ему текстологические работы. Кроме того, мы добавили к их результатам собственные текстологические изыскания.
* * *
Предлагая свой комментированный перевод вниманию читателей, я хотел бы с благодарностью отметить вклад тех, кто посоветовал мне за него взяться и помог мне его выполнить. Переводом «Янь те лунь» мне предложил заняться покойный В. М. Штейн, предполагавший написать к этому переводу введение. Этот совет горячо поддержал мой покойный учитель Б. И. Панкратов, чьи многочисленные консультации послужили мне очень большим подспорьем в работе на первом, самом трудном ее этапе. В дальнейшем ряд чрезвычайно ценных консультаций по древнекитайскому языку памятника я получил от преподавателей Кафедры китайской филологии Восточного факультета ЛГУ С. Е. Яхонтова и Т. Н. Никитиной; приношу им за это глубокую благодарность. Долгие годы работы над «Янь те лунь» мои коллеги-японисты из СПбФ ИВ РАН — В. Н. Горегляд, Г. Д. Иванова, В. Н. Кобец, К. Г. Маранджян, Ю. Д. Михайлова, Г. Г. Свиридов и З. Я. Ханин — консультировали меня по японскому языку; я очень благодарен им за эти необходимые для меня консультации. Наконец, я выражаю глубокую признательность Фонду международного научного обмена Цзян Цзин-го (Тайбэй, Тайвань) за финансовую помощь, без которой эта рукопись не могла бы быть издана.
СВИТОК 1
Глава 1.
ОСНОВНЫЕ СУЖДЕНИЯ[470]
В шестом году [периода правления] Ши юань[471] был издан письменный эдикт[472], который повелевал канцлеру[473] и [сановнику-]императорскому секретарю[474] обсудить дела с достойными и хорошими людьми и знатоками писаний, рекомендованными [округами и удельными государствами][475], спросить их о том, отчего страдают и мучаются в народе.
В ответ знаток писаний сказал:
«Я, недостойный, слыхал, что способ устроения[476] людей состоит в том, чтобы преградить истоки необузданных желаний и распущенности[477], развить зачатки умения следовать по истинному пути и внутренней духовной силы[478], подавлять [жажду] выгоды от второстепенного [занятия][479] и открыть [дорогу стремлению к] человеколюбию и справедливости[480]. Не показывайте [примера погони за] выгодой — тогда можно будет возродить наставление и духовное преображение [народа] и можно будет изменить его нравы и обычаи[481]. Ныне в округах и [удельных] государствах есть [казенные учреждения, ведающие] солью и железом[482], монополией на [приготовление и продажу] опьяняющих напитков[483], уравниванием перевозок [налоговых поступлений][484]; они соревнуются с народом в [погоне за] выгодой[485], разлагают простоту[486], [свойственную] честным и искренним, и достигают духовного преображения [людей] в алчных и низких. По этой причине те из ста кланов[487], которые следуют основному [занятию], редки, а те, которые стремятся к второстепенному [занятию], многочисленны. Ведь когда [у людей] обильна утонченная форма, то скудна природная сущность[488]; когда [в народе] процветает второстепенное [занятие], то приходит в упадок основное [занятие]. Когда совершенствуют второстепенное [занятие], то народ предается излишествам[489]; когда совершенствуют основное [занятие], то народ прост и честен[490]. Когда народ прост и честен, то богатства и средства для расходов бывают обильны; когда народ предается излишествам, то рождаются голод и холод[491]. Желательно, чтобы [государь] упразднил [казенные учреждения, ведающие] солью и железом, монополией на [приготовление и продажу] опьяняющих напитков и уравниванием перевозок [налоговых поступлений); этим он выдвинет вперед основное [занятие] и даст отпор второстепенному, увеличит пользу, [приносимую] занятию земледелием. [Сделать] это полезно».
Сановник сказал:
«Сюнну повернулись к нам спиной, взбунтовались и не ведут себя как подданные[492]; они неоднократно чинили насильственные захваты и грабежи в пограничных землях. Если заблаговременно принять меры [по обороне] от них, то заставишь тяжко трудиться мужчин[493] государства центра[494]; если не принять, то вторжения и грабежи не будут остановлены. Покойный божественный властитель[495] жалел жителей границы за то, что они страдают уже долгое время, мучаются оттого, что их захватывают в плен презренные варвары[496]. Поэтому он построил пограничные крепости и крепостцы[497], привел в порядок сигнальные вышки[498], разместил пограничных солдат[499] и таким образом принял заблаговременные меры [по обороне] от сюнну. Средств для расходов[500] [на оборону] границ не хватало, поэтому [государь] создал казенные учреждения, [ведающие] солью и железом, основал казенные учреждения, [ведающие] монополией на [приготовление и продажу] опьяняющих напитков, и устроил казенные учреждения, (ведающие] уравниванием перевозок [налоговых поступлений]. Он умножал добро и увеличивал богатство, чтобы содействовать [обеспечению] расходов на [оборону] границ. Ныне же участники обсуждения хотят упразднить эти [казенные учреждения], исчерпать запасы [государственной] сокровищницы и хранилищ[501] во внутренней [области мира], свести на нет средства для расходов на заблаговременные меры по обороне[502] во внешней [области мира], заставить воинов[503], которые стоят наготове в пограничных крепостцах и взобрались на стены [укреплений], голодать и холодать на границе. Чем же
